Сегодня трагическая дата. 10 лет со дня одной из самых страшных трагедий – крушение «Невского экспресса» в Бологовском районе. Погибло 28 человек, в том числе две беременные женщины, 132 человека получили ранения.

Очень хорошо помню эти дни. Я оказалась на том самом месте 29 ноября. Погибших и раненных уже увезли. Но нам удалось поговорить с теми, кто помогал, вынимал, согревал, успокаивал. Спасал.

От деревни Лыкошино Бологовского района до места взрыва 6 километров по полнейшему бездорожью. Нас пересадили на «Нивы», предупредив, что по дороге, по которой шла в ту ночь техника, мы не проедем, можем перевернуться, слишком она разбита. Впрочем, мы чуть не перевернулись и на другой дороге, которая проходит по лесу, болоту, и представляет собой один длинный мостик из берёзовых стволов с глиняно-грязевым покрытием. Представляю, что здесь творилось той ночью. Места для разъезда двух машин тут просто нет. Не удивительно, что спешащие на помощь люди застревали в пробках.

- Это место вообще у нас считается плохим, - сказали наши спутники из местных жителей. Почему не стали объяснять, впрочем, и так всё понятно. Мрачно, темно (даже в светлое время суток), как-то тревожно и немного страшно. Именно это место, день и час был выбран для подрыва.
На железнодорожном полотне уже практически всё было убрано и восстановлено. Но по краям ещё валялись переломленные шпалы, столбы, какая-то арматура, и вещи пассажиров.

Взрыв раздался буквально в ста метрах от дома бабушки Лены, которую в те дни узнала  вся страна. Именно к ней привели первых раненых, тех, кто мог сам идти. В крови, грязи, испуганные и оглушённые пассажиры только здесь смогли почувствовать себя в безопасности. Небольшой деревянный дом в каких-то двадцати метрах от железнодорожного полотна в абсолютной лесной глуши казался здесь каким-то чудом, посланным, чтобы обогреть и успокоить тех, кто этим же чудом выжил. Бабушка Лена сняла с себя последние валенки, отдала все тёплые вещи, одеяла, дрова, чтобы хоть чем-то помочь этим людям.
Елена Михайловна Голубева более тридцати лет проработала на железной дороге путевым обходчиком. Выйдя на пенсию, так и осталась жить тут, где привыкла, категорически отказавшись перебраться в деревню, куда местные власти её неоднократно предлагали переехать. Привычка. Она привыкла к грохоту проносящихся мимо поездов, привыкла жить одна, а копать картошку помогали добрые люди.

Сложно в деревне, пусть даже такой крупной и населённой как Лыкошино, не заметить чужаков. Четверо людей кавказкой национальности снимали здесь один из домов. Они жили тут всего три дня. Каждое утро уходили, говоря хозяину: «Мы на свидание» (неподалёку располагается Бологовская исправительная колония), возвращались поздно вечером. Когда они ушли насовсем, хозяин дома не досчитался ватного одеяла, плоскогубцев и тестера для измерения напряжения в сети. Позже, именно по этому одеялу обнаружат место, где они укрывались.

Взрыв услышала вся деревня. Все, кто мог, поехали, побежали на помощь.
Вот, что нам тогда рассказал  заведующий организационным отделом администрации Бологовского района Александр Беликов:
- Самыми первыми на месте оказались местные железнодорожники и два наших участковых милиционера. Потом прибыли мы и сотрудники колонии, которые привезли с собой врачей и медсестёр. Хорошо помню двух проводниц и бармена вагона-ресторана. Все в крови они помогали кричащим людям. Мы начали выбивать стёкла и вынимать людей. Развели костры, пытались как-то согреть раненых. К приезду спасателей и медиков из Твери практически все люди были вынесены из вагонов. И раненые, и мёртвые.
Первыми медиками на месте катастрофы были сотрудники лечебно-исправительного учреждения №3 посёлка Михайловское. 23 человека, 17 медицинских работников, 6 других сотрудников и заместитель начальника ЛИУ по охране Константин Шпаченко.
В 23.15 медики из бологовской колонии оказались у искорёженных вагонов. Минут через 10 подъехали две «скорых» со станции Угловка. Вот фамилии сотрудников ЛИУ, спасших ни одну человеческую жизнь: Алексей Волков, Александр Шахов, Александр Ковальский, Дмитрий Андреев, Алексей Николаев, Людмила Горошихина, Ирина Савицкая, Светлана Чирова, Марина Красавцева, Вера Захарова, Елена Григорьева, Татьяна Достоевская, Наталья Лошаткова, Антонина Гаврилова, Татьяна Романова, Надежда Романова, Наталья Лебедева, Мария Виноградова, Наталья Пожарова. Они выносили раненых, оказывали первую помощь. Проникнув во взорванные вагоны, при свете фонариков, от увиденного внутри, у многих, даже самых крепких мужчин, сдавали нервы.
- Навожу фонарик, вижу, на меня смотрят женские глаза. Пригляделся, а у неё пол головы нет. Мне стало плохо, я не смог лезть дальше. Пришлось выйти и принимать людей снаружи, - рассказывает один из них. - Но времени на панику не было. Людей надо было вытаскивать.
- Очень тяжело на брезенте переносить раненых, - рассказывал Анатолий Харитонов. - У них в основном травмы конечностей и позвоночника. Они от переноски так сильно кричали, что мы вообще не знали, что с ними делать. Уговаривали потерпеть и несли как можно осторожнее. У одной пассажирки от шока вообще случилась страшная истерика. Она начала бегать, всё бить и крушить на своём пути. Ребятам даже пришлось её насильно связать. У тёти Лены в домике разместилось порядка двадцати ходячих раненых. Лежачих мы относили на подстанцию. Трупы укладывали здесь же вдоль полотна.

«Невский Экспресс» считался в те годы поездом для богатых. Такого количества разбросанной валюты, ноутбуков и дорогих мобильных телефонов в этих краях никто никогда не видел. Не обошлось и без мародёрства.
- Я услышал на земле звук мобильника, - рассказывает Анатолий Харитонов. - Не обратил внимания, мы продолжали заниматься ранеными. Спустя какое-то время я услышал точно такой же звук, раздающийся из рюкзака молодого парня, как потом выяснилось он пассажир этого же поезда, не поленился из уцелевшего вагона прибежать. Говорю ему: «Вынимай, показывай». А он мне: «Да чего вы, это мой телефон». Но трубку вынул. Я смотрю, а она вся в крови. Ну, я и двинул ему со всей силы. Тут милиция наша подоспела. Он, правда, попытался сбежать, но его потом новгородские ребята выловили. Позже попался и ещё один мародёр. Тоже из пассажиров.
Некоторые пассажиры, придя в себя, начинали искать свои вещи.
- Найдите мне мой золотой ноутбук, - продолжает рассказ Харитонов. - Попросила у нас одна раненая женщина. Мы всё перерыли, каких только ноутбуков не валяется, но именно золотого нет. Решили уточнить на всякий случай.
- Он жёлтого цвета или прямо натурального золотого? - уточняем у неё.
- В нём золотая информация, - отвечает она.
Нашли мы ей потом её компьютер, оказался обычного чёрного цвета.
А один итальянец-пассажир вёз, видимо на какую-то выставку, огромный баул с итальянским вином. Бутылки такие большие, пузатые. И, представляете, ни одна не разбилась. Не смотря на то, что из деревни привезли много еды, бутербродов, видимо, на нервной почве, есть никто не мог. А вот пить очень хотелось. В общем, вино это выпили как простую воду.

А ещё, в непосредственной близости от железнодорожного полотна и домика Елены Голубевой, стоит электрическая подстанция. И я, и мои спутники, стоя на тех самых рельсах, подняв голову вверх, как-то одновременно поняли - а не это ли было конечной целью террористов. Страшно представить, в этом месте должны были встретиться два поезда (как известно, ещё более страшная трагедия не случилась только из-за того, что «Невский Экспресс» опоздал на минуту), неизбежно, что такой взрыв накрыл бы и подстанцию. Один из вагонов «Экспресса» чуть-чуть не долетел до объекта. По версии местных, его движение притормозил небольшой перрон у дома Голубевой. Перрон снесён полностью, но электроподстанция уцелела.
В эту ночь на ней дежурил электрик Сергей Васильев. От взрыва его очень сильно оглушило. Но он принял на тот момент единственно правильное решение - открыл ворота на стратегически важный объект и сам начал помогать вносить раненых.
- Неизвестно, что было бы ещё с тяжелоранеными людьми, пролежи они хотя бы час на холодной земле, - в один голос говорят все местные жители.


В любой катастрофе, трагедии есть место так называемому человеческому фактору. Жизнь обычных жителей Тверской области, участвовавших в спасении пострадавших, тоже перевёрнута «Невским Экспрессом», потому что забыть такое они вряд ли когда-нибудь смогут.
Пенсионерка Елена Голубева получила все причитающиеся ей награды и подарки. Сейчас ей 88 лет, она живет в новом доме.

На месте трагедии установлен памятный крест.

Александра Беликова, Анатолия Харитонова, Сергея Васильева и ещё больше сотни людей, помогавших на месте трагедии, так и не показали по телевизору.

Но сегодня, десять лет спустя, мы называем имена этих людей. 

Марина Гавришенко

Столовая2
ЗАО Хлеб
Техсервис
Почта
Хижина
Текос
Развитие
Столовая1
Окна Rehau
общежитие
Мебель

Новые объявления